Революция заключается в том, что их осциллятор выполнен в виде монолитной детали из монокристаллического кремния толщиной 0,5 мм. Это очень круто – сейчас мы объясним, почему.

Начнем с главного. Осциллятором вообще называется источник колебаний, который в случае часов как раз и заставляет их идти.

В первых часах его роль исполнял билянец, затем вместо него стали использовать маятник, и наконец в 1675 году в механических часах применили металлический обод, совершающий колебания вокруг своей оси под действием спиралевидной пружины, – баланс. Его создал Христиан Гюйгенс.

Современная система баланс-спираль, сильно усовершенствованная в сравнении с первыми образцами, состоит из трех десятков деталей, требует сборки, наладки, регулировки и смазки и подвержена, как ни стараются инженеры, воздействию температуры, влажности, магнитных полей и износу.

А изобретение Научно-исследовательского и опытно-конструкторского бюро часового направления группы LVMH под руководством Ги Семона, которое и создало механизм Zenith Defy Lab, не подвержено.

Осциллятор Defy Lab дает очень высокую частоту колебаний – 15 Гц.

В сочетании с конструкцией механизма это позволило добиться исключительной для механических часов точности хода: их погрешность составляет не более 0,3 секунд в сутки, что на порядок меньше, чем у часов, претендующих на звание сертифицированного хронометра.

Запас хода у Defy Lab – 60 часов, и 95% этого времени точность хода остается неизменной (а у обычных механических часов она снижается через 24 часа).

Корпус часов – тоже одна сплошная революция. Он сделан из очень легкого алюминиевого композитного материала Aeronith, который в 2,7 раза легче титана, в 1,7 раза легче обычного алюминия и на 10% легче углепластика.

В общем, модель из будущего.

Первые десять экземпляров (все с разным дизайном) уже раскупили коллекционеры.